Женщины продали свою четырехкомнатную квартиру в Подмосковье и купили небольшую двухкомнатную квартиру на окраине Москвы, у конечной станции метро. Таким образом, Алевтина стала жить в Москве, метро ее могло домчать в любую точку за считаные минуты. Мила тоже немного потеряла, так как на оставшиеся деньги от продажи хорошей квартиры она смогла приобрести себе старенькие «Жигули». До ее работы по шоссе на машине было всего тридцать минут. Это устроило всех, и Ка-милла была очень рада за маму.

Они поселились в пятнадцатиэтажном блочном доме на втором этаже и зажили очень мирно. Ссорились они только по одному поводу.

– Видел бы тебя сейчас твой любимый отец! Хороша, ничего не скажешь! Обеспечила маме спокойную старость! Отец-то мечтал о даче, которую сохранял для внуков, о счастливой жизни для своей единственной доченьки. И что бы он сейчас увидел? Молодая, красивая женщина посвятила свою жизнь кошкам и собакам! От тебя уже пахнет животными! Неужели ты не могла бы заботиться о ком-то другом?

– Могла бы, конечно, – ответила Камила, – но ты же знаешь, что у меня не сложилось.

– Не сложилось у нее! Да просто ты никого вокруг не видела, кроме своих бездомных котов! И что ты сейчас?! Уже за тридцать лет, не замужем, детей нет… Я же переживаю за тебя, дочка… – чуть не плакала Алевтина Юрьевна. – Почему у тебя такая судьба?

Мила посмотрела на себя в зеркало, вспоминая разговор с матерью. Она была высокой, худой, с длинными пепельно-русыми волосами, собранными сзади в хвост. Мила была близорука, но из-за своей рассеянности очень часто теряла очки и ходила без них, щурясь на все предметы. Фигура ее, не испорченная родами, была стройной. Лицо ее было очень строгим и сосредоточенным, поэтому многие молодые люди боялись к ней даже просто подойти, не то чтобы познакомиться.



5 из 285